Одуванчики на стекле не растут
Лето ещё не пришло, но тепло мало-помалу установилось. Дачники в основном посадили свою картошку, яблони в садах расцвели, мусор с берегов Иртышаполноводьем в реку смыло, птицы поют, одуванчики прикрывают желтыми ковриками мусор на городских окраинах. Красота.
ТВК-6
0
192
Лето ещё не пришло, но тепло мало-помалу установилось. Дачники в основном посадили свою картошку, яблони в садах расцвели, мусор с берегов Иртыша полноводьем в реку смыло, птицы поют, одуванчики прикрывают желтыми ковриками мусор на городских окраинах. Красота.
Видимо, на фоне весенней этой свежести, яркости природных красок и обновившихся человеческих надежд заметнее стали всевозможные недостатки, с которыми приходится сталкиваться ежедневно, проживая в той или иной части города. Например, Виктор Иванович Семыкин проживает в центральной части города, и когда он проходит мимо магазина «Мерей Адлен», он всегда замечает рядом с магазином мусор. Его это раздражает, и он пожаловался недавно: «Это же непорядок, - говорит, - когда вместо клумбы с цветами у входа в магазин – мусор. Вот про что писать нужно в газетах, а не про всякое там, про что вы всегда пишете». Что ж это за мусор там такой, подумала я и пошла посмотреть. Подхожу к магазину, а мусора не вижу. Вижу только небольшую кучку битого бетона, аккуратно собранную в холмик, который пребывает в режиме ожидания (пока его уберут) и никому, как мне показалось, не мешает. Рядом с холмиком из бетонных обломков – другая кучка, побольше. Но это не мусор в привычном его понимании, а обычная земля. Может, из неё потом клумбу сделают, или ещё для каких-нибудь надобностей она здесь лежит. Стою и думаю, чем же так возмущался читатель?
Стою молча, в замешательстве над смыслом жизни размышляю, вдруг дверца у припаркованной к кучке строительного мусора машины распахивается, и сидящая на переднем пассажирском кресле женщина начинает мною интересоваться, понять хочет, что я тут делаю, может, мне нужно чего-нибудь.
- Вы такси ищете? - спрашивает она у меня.
- Нет,- говорю, - не такси.
- Может, мяса хотите купить?
Похоже, мне тут, в придорожной машине, любую услугу могли и, главным образом, хотели предоставить, как и любому другому зазевавшемуся горожанину. Сейчас же, главное, не зевать, сохранять бдительность при любых обстоятельствах, чтобы никто не воспользовался твоею рассеянностью, доверчивостью или чем-нибудь ещё. Моя хорошая знакомая захотела купить себе ноутбук. Раньше она с компьютерами вообще дела не имела, время от времени записывала простой ручкой в обычной тетрадке свои стихотворные вирши, потом просила кого-нибудь на компьютере их набрать и распечатать. Но ведь все занятые теперь такие, что не допросишься никого помочь, всем же некогда. Вот и решила она сначала денег на ноутбук накопить, потом его приобрести, после научиться им пользоваться, чтобы ни к кому уже за помощью не обращаться. Накопила 140 тысяч тенге и накануне праздников направилась в магазин за компьютером. Пришла и простодушно выложила менеджеру всё как есть: ноутбук ей нужен самый простой, чтобы печатать на нём можно было новые яркие литературные произведения. Сказала, что на всё про всё у неё есть 140 тысяч тенге, пусть поможет ей потратить их с пользой. И он помог. В результате домой она приехала без денег, но с компьютером за 49 тысяч тенге и закачанными в него всевозможными программами, которые ей в том магазине на оставшиеся от 140-ка тысяч тенге деньги закачали. Когда она меня пригласила к себе, чтобы я показала ей, как эту новую машину включать, выключать и как на ней печатать, оказалось, что помимо лицензионной программы «Windows» за 19 тысяч тенге и антивирусника за 15 тысяч, в ноутбук закачали ещё 14 всевозможных программ, с большинством из которых разве что профессиональные программисты могут быть знакомы. Зачем ей это всё – непонятно. Понятно только, что обслужили мою знакомую, безусловно, с пользой, только не для неё самой, а для магазина и работающих в нём сотрудников. Ведь зарплата у них в прямо пропорциональной зависимости находится от суммы ежедневных продаж. Но самое интересное в том заключается, что «Word», единственную программу, которая и в самом деле ей нужна, чтобы печатать, в ноутбук так и не закачали. Может, забыли, может, понадеялись, что покупательница снова к ним придёт, когда поймёт, что печатать на новом ноутбуке невозможно.
Не знаю, что подумал менеджер в магазине, когда все деньги простодушной клиентки в их кассу перекочевали (наверное, очень он был доволен), но по поводу мусора возле магазина «Мерей Адлен» могу сказать привередливому Виктору Ивановичу Семыкину следующее: «А вы по закоулкам Семея гулять не пробовали?» По закоулкам гулять, смею вас уверить, гораздо интереснее. Не раз и не два мне приходилось в этом убеждаться. Недавно мне на улице Жанатайулы довелось побывать, в том месте, где она к обществу слепых заворачивает. Впечатлений, должна заметить, - море. Там как раз два новых канализационных люка вырыли, и они каждый минимум на метр над землёй возвышаются, сужая и без того узкую улочку на полтора, а то и на два метра. Двум машинам здесь никак не разъехаться теперь. А весной, когда под ногами одно сплошное месиво и люди ходят, прижимаясь к забору или по вымощенным мешками с золой островкам, машинам здесь и вовсе не проехать никак. У кого машины, пользуются соседней улочкой, которая самая первая в здешнем закутке, дома на ней только по одну сторону стоят, а по другую сторону – гаражи. Как эта улица называется, мне так и не удалось выяснить. Народ, который меня в эти края пригласил, чтобы спорный вопрос с хозяевами гаражей прояснить, уверяет, что нет никакого названия у этой улицы. Дескать, улица без названия, а следующая параллельная улица – Жанатайулы (бывшая Аманова), и по ней следует ориентироваться. А спорный вопрос в том заключался, что хозяева гаражей перекрыли улицу без названия мусором, после чего ездить по ней стало невозможно. В какой-то момент конфликт из-за этого между владельцами гаражей и людьми, которым ездить негде, начал сам собой назревать. Но к моменту, когда я туда приехала, по мусорным кучам тяжеловесный спецтранспорт прокатился, кучи немного разровнял, и проезд для легковушек вновь стал доступным. Конфликт сам собой сошёл на нет, слава Богу, не разгоревшись. Инцидент, вроде, исчерпан, разбираться, кто прав, кто виноват, уже не нужно. А мусор? Ведь же здесь, чуть ли не в центре города (совсем недалеко от центра) поистине гигантская свалка. Полигон для твёрдых бытовых отходов местность напоминает. И я обращаюсь к народу, к людям, которые практически на свалке живут: «Мусор-то как же?» А они, знаете, что мне на это ответили? «Нехай,- говорят, - с ним, с мусором. Пусть и дальше лежит. Лишь бы не вонял!» Кстати, все почти были готовы свои договоры с мусоровывозящей организацией показать. То есть за вывоз мусора большинство платит. Но тогда откуда такое количество мусора образовалось? Местные жители говорят, что на самосвалах его сюда чужаки привозят. Может, и так. Но зрелище и в самом деле грандиозное. Всё же нечасто такое встретишь, когда жилые дома в гигантскую свалку буквально окнами воткнуты. Впечатлившись картиной, небольшую кучку битого асфальта возле «Мерей Адлена» не сразу заметишь. Всё ж в сравнении познаётся.
Ещё очень часто мусор после ремонта в квартирах многоэтажных домов перекочёвывает во дворы и там годами лежит. Например, во дворе пятиэтажки по Ауэзова, 55 строительный мусор после ремонта в одной из 80-ти квартир лежит с августа прошлого года. Зимой его припорошило, весной заледенило, сейчас он растаял и подсох, но по-прежнему лежит в мешках, точно так, как его сюда положили в прошлом году, так он и лежит до сих пор. Подобных примеров много можно привести, но жалоба именно из этого дома поступила. И квартира известна, из которой он сюда перекочевал, и время, когда это случилось, в памяти народной зафиксировалось. Жильцам отремонтированной квартиры осталось только убрать за собой мусор, потому что надеяться на то, что история его появления во дворе многоэтажного дома канет когда-нибудь в Лету, уже бесполезно.
Мне один чудак рассказал недавно, что ему приснилось однажды, будто он живёт в идеально чистом городе, и это – наш город! Он идёт (во сне) по лесу, а там ни бутылок нет, ни банок консервных, только сосновый воздух лёгкие блаженно расправляет и ощущение бесконечной радости бытия придаёт. К речному берегу подошёл и не узнал его: такой он уютный, чистый, красивый. Прозрачная вода в реке с прозрачностью бескрайнего неба смешивается, белоснежные облака и по небу плывут, и по реке одновременно, и в облаках этих рыбы от солнца прячутся, медленные большие рыбы, которых сетями никто не вылавливает, а только любуются ими, являющими собой неотъемлемую часть великолепной нашей природы. Он всё пытался понять: из будущего удивительный этот сон или из прошлого? Было уже всё это давно когда-то или только будет ещё когда-нибудь? Так и не понял. Проснулся с чувством, что его обокрали. А в открытую форточку вместо чудесного свежего воздуха ядовитый дым от горящих пластмассовых бутылок затекает. Субботники же по всему городу идут полным ходом, с мусором народ с помощью костров борется. Наверное, из прошлой жизни сон человеку приснился. Но, может быть, всё же из будущей? Одно очевидно, что не из нынешней жизни этот сон про идеально чистый наш город. В нынешней-то жизни всё с точностью наоборот наблюдать можно. Престарелая бабушка, в посёлке Юность проживающая, вышла с утра 8-го мая на улицу и под окнами своей квартиры, что на первом этаже благоустроенной многоэтажки расположена, мусор собирает. Она цепляет полиэтиленовые пакеты, бутылки, гвоздём, в основание палки прибитым, и переносит дальше от окон. Понятно, что первым же ветром мусор снова прибьётся к подножию дома. Но сейчас, конкретно в данный момент, ветра нет. Можно, стало быть, таким вот способом с мусором бороться. В любое время и в любом возрасте людям хочется чистоты, красоты, душевного покоя и абсолютной внутренней гармонии. Последнее, похоже, также невозможно, как заставить блаженную Розу Захаровну, проживающую на улице много лет подряд в районе Новостройки, сфотографироваться для сдачи документов на получение удостоверения. Бабушке давно уже за 80 перевалило, но живёт она до сих пор по советскому паспорту. Причём на улице живёт. И пенсию ей перестали начислять, потому что она её никогда не получает, не может получать, документов-то у неё нет. Поэтому считается, что пенсия ей не нужна, раз она ею не пользуется. Так что ни пенсии нет у Розы Захаровны, ни жилья, ни близких родственников, как, впрочем, и дальних, которые могли бы о ней позаботиться. Совсем недавно, в минувшие выходные буквально, мы семидесятилетие Великой Победы праздновали. Я про неё чаще всего думала, про одинокую труженицу тыла, которая спустя 70 лет после войны так и продолжает воевать, на этот раз со всем миром, в котором разуверовалась, которому не доверяет, и который в отместку выкинул её из рядов благополучных горожан и записал в городские сумасшедшие. Дважды на прошлой неделе я предпринимала попытки найти бабушку, чтобы поговорить с нею, попробовать в очередной раз уговорить её сфотографироваться. Но оба раза мне не повезло. Роза Захаровна на месте не сидит, её всегда вот только что видели – здесь или там, но ни здесь, ни там, её, как правило, нет никогда. Но главное не в этом заключается, а в том, что она жива! Очередную зиму уличной жизни претерпела и теперь первым теплом наслаждается (насколько это возможно наслаждаться в её положении). Умывается студёной водой из Иртыша, питается чем Бог пошлёт, жёлтыми одуванчиками любуется, которые специально для неё ко Дню Победы расцвели.
Словом, идёт жизнь своим чередом. Кто-то не доволен тем, что по заграничным курортам не может круглый год разъезжать, а кто-то одуванчикам рад, потому что раз они расцвели и он это видит, значит, зиму пережить удалось, а чего ж лучше-то быть ещё может? Главное, чтобы весь город мусором не зарос, потому что одуванчики хоть и неприхотливые весьма, но всё же и они на полиэтиленовых пакетах, жестяных банках из-под пива и горах битого бутылочного стекла из-под водки – не растут!
Наталья ДРОЗДЕЦКАЯ
Видимо, на фоне весенней этой свежести, яркости природных красок и обновившихся человеческих надежд заметнее стали всевозможные недостатки, с которыми приходится сталкиваться ежедневно, проживая в той или иной части города. Например, Виктор Иванович Семыкин проживает в центральной части города, и когда он проходит мимо магазина «Мерей Адлен», он всегда замечает рядом с магазином мусор. Его это раздражает, и он пожаловался недавно: «Это же непорядок, - говорит, - когда вместо клумбы с цветами у входа в магазин – мусор. Вот про что писать нужно в газетах, а не про всякое там, про что вы всегда пишете». Что ж это за мусор там такой, подумала я и пошла посмотреть. Подхожу к магазину, а мусора не вижу. Вижу только небольшую кучку битого бетона, аккуратно собранную в холмик, который пребывает в режиме ожидания (пока его уберут) и никому, как мне показалось, не мешает. Рядом с холмиком из бетонных обломков – другая кучка, побольше. Но это не мусор в привычном его понимании, а обычная земля. Может, из неё потом клумбу сделают, или ещё для каких-нибудь надобностей она здесь лежит. Стою и думаю, чем же так возмущался читатель?
Стою молча, в замешательстве над смыслом жизни размышляю, вдруг дверца у припаркованной к кучке строительного мусора машины распахивается, и сидящая на переднем пассажирском кресле женщина начинает мною интересоваться, понять хочет, что я тут делаю, может, мне нужно чего-нибудь.
- Вы такси ищете? - спрашивает она у меня.
- Нет,- говорю, - не такси.
- Может, мяса хотите купить?
Похоже, мне тут, в придорожной машине, любую услугу могли и, главным образом, хотели предоставить, как и любому другому зазевавшемуся горожанину. Сейчас же, главное, не зевать, сохранять бдительность при любых обстоятельствах, чтобы никто не воспользовался твоею рассеянностью, доверчивостью или чем-нибудь ещё. Моя хорошая знакомая захотела купить себе ноутбук. Раньше она с компьютерами вообще дела не имела, время от времени записывала простой ручкой в обычной тетрадке свои стихотворные вирши, потом просила кого-нибудь на компьютере их набрать и распечатать. Но ведь все занятые теперь такие, что не допросишься никого помочь, всем же некогда. Вот и решила она сначала денег на ноутбук накопить, потом его приобрести, после научиться им пользоваться, чтобы ни к кому уже за помощью не обращаться. Накопила 140 тысяч тенге и накануне праздников направилась в магазин за компьютером. Пришла и простодушно выложила менеджеру всё как есть: ноутбук ей нужен самый простой, чтобы печатать на нём можно было новые яркие литературные произведения. Сказала, что на всё про всё у неё есть 140 тысяч тенге, пусть поможет ей потратить их с пользой. И он помог. В результате домой она приехала без денег, но с компьютером за 49 тысяч тенге и закачанными в него всевозможными программами, которые ей в том магазине на оставшиеся от 140-ка тысяч тенге деньги закачали. Когда она меня пригласила к себе, чтобы я показала ей, как эту новую машину включать, выключать и как на ней печатать, оказалось, что помимо лицензионной программы «Windows» за 19 тысяч тенге и антивирусника за 15 тысяч, в ноутбук закачали ещё 14 всевозможных программ, с большинством из которых разве что профессиональные программисты могут быть знакомы. Зачем ей это всё – непонятно. Понятно только, что обслужили мою знакомую, безусловно, с пользой, только не для неё самой, а для магазина и работающих в нём сотрудников. Ведь зарплата у них в прямо пропорциональной зависимости находится от суммы ежедневных продаж. Но самое интересное в том заключается, что «Word», единственную программу, которая и в самом деле ей нужна, чтобы печатать, в ноутбук так и не закачали. Может, забыли, может, понадеялись, что покупательница снова к ним придёт, когда поймёт, что печатать на новом ноутбуке невозможно.
Не знаю, что подумал менеджер в магазине, когда все деньги простодушной клиентки в их кассу перекочевали (наверное, очень он был доволен), но по поводу мусора возле магазина «Мерей Адлен» могу сказать привередливому Виктору Ивановичу Семыкину следующее: «А вы по закоулкам Семея гулять не пробовали?» По закоулкам гулять, смею вас уверить, гораздо интереснее. Не раз и не два мне приходилось в этом убеждаться. Недавно мне на улице Жанатайулы довелось побывать, в том месте, где она к обществу слепых заворачивает. Впечатлений, должна заметить, - море. Там как раз два новых канализационных люка вырыли, и они каждый минимум на метр над землёй возвышаются, сужая и без того узкую улочку на полтора, а то и на два метра. Двум машинам здесь никак не разъехаться теперь. А весной, когда под ногами одно сплошное месиво и люди ходят, прижимаясь к забору или по вымощенным мешками с золой островкам, машинам здесь и вовсе не проехать никак. У кого машины, пользуются соседней улочкой, которая самая первая в здешнем закутке, дома на ней только по одну сторону стоят, а по другую сторону – гаражи. Как эта улица называется, мне так и не удалось выяснить. Народ, который меня в эти края пригласил, чтобы спорный вопрос с хозяевами гаражей прояснить, уверяет, что нет никакого названия у этой улицы. Дескать, улица без названия, а следующая параллельная улица – Жанатайулы (бывшая Аманова), и по ней следует ориентироваться. А спорный вопрос в том заключался, что хозяева гаражей перекрыли улицу без названия мусором, после чего ездить по ней стало невозможно. В какой-то момент конфликт из-за этого между владельцами гаражей и людьми, которым ездить негде, начал сам собой назревать. Но к моменту, когда я туда приехала, по мусорным кучам тяжеловесный спецтранспорт прокатился, кучи немного разровнял, и проезд для легковушек вновь стал доступным. Конфликт сам собой сошёл на нет, слава Богу, не разгоревшись. Инцидент, вроде, исчерпан, разбираться, кто прав, кто виноват, уже не нужно. А мусор? Ведь же здесь, чуть ли не в центре города (совсем недалеко от центра) поистине гигантская свалка. Полигон для твёрдых бытовых отходов местность напоминает. И я обращаюсь к народу, к людям, которые практически на свалке живут: «Мусор-то как же?» А они, знаете, что мне на это ответили? «Нехай,- говорят, - с ним, с мусором. Пусть и дальше лежит. Лишь бы не вонял!» Кстати, все почти были готовы свои договоры с мусоровывозящей организацией показать. То есть за вывоз мусора большинство платит. Но тогда откуда такое количество мусора образовалось? Местные жители говорят, что на самосвалах его сюда чужаки привозят. Может, и так. Но зрелище и в самом деле грандиозное. Всё же нечасто такое встретишь, когда жилые дома в гигантскую свалку буквально окнами воткнуты. Впечатлившись картиной, небольшую кучку битого асфальта возле «Мерей Адлена» не сразу заметишь. Всё ж в сравнении познаётся.
Ещё очень часто мусор после ремонта в квартирах многоэтажных домов перекочёвывает во дворы и там годами лежит. Например, во дворе пятиэтажки по Ауэзова, 55 строительный мусор после ремонта в одной из 80-ти квартир лежит с августа прошлого года. Зимой его припорошило, весной заледенило, сейчас он растаял и подсох, но по-прежнему лежит в мешках, точно так, как его сюда положили в прошлом году, так он и лежит до сих пор. Подобных примеров много можно привести, но жалоба именно из этого дома поступила. И квартира известна, из которой он сюда перекочевал, и время, когда это случилось, в памяти народной зафиксировалось. Жильцам отремонтированной квартиры осталось только убрать за собой мусор, потому что надеяться на то, что история его появления во дворе многоэтажного дома канет когда-нибудь в Лету, уже бесполезно.
Мне один чудак рассказал недавно, что ему приснилось однажды, будто он живёт в идеально чистом городе, и это – наш город! Он идёт (во сне) по лесу, а там ни бутылок нет, ни банок консервных, только сосновый воздух лёгкие блаженно расправляет и ощущение бесконечной радости бытия придаёт. К речному берегу подошёл и не узнал его: такой он уютный, чистый, красивый. Прозрачная вода в реке с прозрачностью бескрайнего неба смешивается, белоснежные облака и по небу плывут, и по реке одновременно, и в облаках этих рыбы от солнца прячутся, медленные большие рыбы, которых сетями никто не вылавливает, а только любуются ими, являющими собой неотъемлемую часть великолепной нашей природы. Он всё пытался понять: из будущего удивительный этот сон или из прошлого? Было уже всё это давно когда-то или только будет ещё когда-нибудь? Так и не понял. Проснулся с чувством, что его обокрали. А в открытую форточку вместо чудесного свежего воздуха ядовитый дым от горящих пластмассовых бутылок затекает. Субботники же по всему городу идут полным ходом, с мусором народ с помощью костров борется. Наверное, из прошлой жизни сон человеку приснился. Но, может быть, всё же из будущей? Одно очевидно, что не из нынешней жизни этот сон про идеально чистый наш город. В нынешней-то жизни всё с точностью наоборот наблюдать можно. Престарелая бабушка, в посёлке Юность проживающая, вышла с утра 8-го мая на улицу и под окнами своей квартиры, что на первом этаже благоустроенной многоэтажки расположена, мусор собирает. Она цепляет полиэтиленовые пакеты, бутылки, гвоздём, в основание палки прибитым, и переносит дальше от окон. Понятно, что первым же ветром мусор снова прибьётся к подножию дома. Но сейчас, конкретно в данный момент, ветра нет. Можно, стало быть, таким вот способом с мусором бороться. В любое время и в любом возрасте людям хочется чистоты, красоты, душевного покоя и абсолютной внутренней гармонии. Последнее, похоже, также невозможно, как заставить блаженную Розу Захаровну, проживающую на улице много лет подряд в районе Новостройки, сфотографироваться для сдачи документов на получение удостоверения. Бабушке давно уже за 80 перевалило, но живёт она до сих пор по советскому паспорту. Причём на улице живёт. И пенсию ей перестали начислять, потому что она её никогда не получает, не может получать, документов-то у неё нет. Поэтому считается, что пенсия ей не нужна, раз она ею не пользуется. Так что ни пенсии нет у Розы Захаровны, ни жилья, ни близких родственников, как, впрочем, и дальних, которые могли бы о ней позаботиться. Совсем недавно, в минувшие выходные буквально, мы семидесятилетие Великой Победы праздновали. Я про неё чаще всего думала, про одинокую труженицу тыла, которая спустя 70 лет после войны так и продолжает воевать, на этот раз со всем миром, в котором разуверовалась, которому не доверяет, и который в отместку выкинул её из рядов благополучных горожан и записал в городские сумасшедшие. Дважды на прошлой неделе я предпринимала попытки найти бабушку, чтобы поговорить с нею, попробовать в очередной раз уговорить её сфотографироваться. Но оба раза мне не повезло. Роза Захаровна на месте не сидит, её всегда вот только что видели – здесь или там, но ни здесь, ни там, её, как правило, нет никогда. Но главное не в этом заключается, а в том, что она жива! Очередную зиму уличной жизни претерпела и теперь первым теплом наслаждается (насколько это возможно наслаждаться в её положении). Умывается студёной водой из Иртыша, питается чем Бог пошлёт, жёлтыми одуванчиками любуется, которые специально для неё ко Дню Победы расцвели.
Словом, идёт жизнь своим чередом. Кто-то не доволен тем, что по заграничным курортам не может круглый год разъезжать, а кто-то одуванчикам рад, потому что раз они расцвели и он это видит, значит, зиму пережить удалось, а чего ж лучше-то быть ещё может? Главное, чтобы весь город мусором не зарос, потому что одуванчики хоть и неприхотливые весьма, но всё же и они на полиэтиленовых пакетах, жестяных банках из-под пива и горах битого бутылочного стекла из-под водки – не растут!
Наталья ДРОЗДЕЦКАЯ
