Стрельба в Алматы: почему спецоперация длилась так долго

За событиями в Алматы накануне следила вся страна. Все началось с того, что в районе обеда неизвестный мужчина выстрелил в ногу охраннику жилого комплекса «Бухар Жырау Тауэрс» и скрылся в своей квартире. Оттуда он отстреливался до позднего вечера, а когда силовики начали штурм, выпрыгнул из окна.

По сообщению полиции, переговоры со стрелком велись более 6 часов. Почему спецоперация длилась так долго и грамотно ли сработали силовики? На эти вопросы ответил бывший сотрудник спецподразделения «Сункар» Анвар Абдрашитов.

Мне сказали, что долго все это происходило. Я с бывшими коллегами поговорил, они сказали, что был приказ руководства взять живым. Мне стало все понятно. Имея арсенал, который есть в подразделении, боевой опыт и подготовку ребят, спецоперацию можно было сделать быстро, ликвидировать его. Основной преградой был именно приказ взять живым.

Он объяснил, что спецоперации проводят быстро, когда есть угроза ликвидации заложника или если есть угроза уничтожения вещественных доказательств. Но в случае с мужчиной с ружьем торопиться было нельзя, говорится на сайте МВД.

Когда они вскрыли дверь, началась вторая проблема. Там у него шесть диванов стояло. Он забаррикадировал весь коридор. Эти диваны надо было убирать, чтобы пройти к нему. Диваны убирают, а он стреляет, буквально мимо ушей сотрудников пролетают пули. В ответ они не могут стрелять, потому что ликвидировать запрещено. Он в комнату заскочит, они один диван кое-как отволокут. Потом он начинает опять стрелять, они опять светошумовыми гранатами его отпугнут в другую комнату. Снайпер спокойно видит его в окошко и говорит: «Ребята, он в другой комнате, вижу его, там можете оттаскивать». Они быстрее, пока снайпер его видит, оттаскивают диван следующий, — рассказал Анвар Абдрашитов.

Бывший сотрудник спецподразделения МВД положительно оценивает работу своих коллег.

То, что делал руководитель спецподразделения, правильно он делал. В таких ситуациях, когда преступник заперт в квартире, вооружен, отстреливается, заложников нет, угроз для внешнего мира и посторонних граждан нет, тут уже время особого значения не имеет. Его можно хоть трое суток штурмовать, главное добиться результата. А результат нужен, чтобы и подозреваемый, и бойцы были живыми. Когда теряешь коллег в спецоперации, думаешь «я бы месяц лучше голодом его морил, чем ребята бы туда зашли. Зато я не видел бы вот эти глаза вдовы». Гражданские думают, что все началось в обед, закончили в 10 часов вечера. Вот в этот промежуток для спецназа ничего не существует. Знающий тонкости этой работы любой специалист поймет, — добавил он.