Юристы рассказали, где заканчивается необходимая оборона и начинается преступление

Решение Медеуского суда города Алматы по делу о драке у бара «Чукотка» стало едва ли не главной темой для обсуждений в сети. Многочисленные споры возникли вокруг такого понятия, как «самооборона». Разъяснить все вопросы помогли известные казахстанские юристы — Джохар Утебеков и Жангельды Сулейманов.

Адвокаты отвечали на одни и те же вопросы, и их ответы часто вторили и дополняли друг друга, передает «Радиоточка».
Первым делом юристам предложили объяснить, что такое самооборона с юридической точки зрения и как следует защищать себя, свою жизнь, чтобы не сесть в тюрьму?
«Понятие необходимой обороны дается в Уголовном кодексе. Это обстоятельства, которые исключают преступность деяния. Кроме того, это защита от причинения вреда имуществу, здоровью, в том числе других людей; она позволяет производить действия вплоть до причинения вреда злоумышленнику. Закон приветствует защиту других людей и имущества. Но, строго говоря, есть термин «необходимая оборона». Уголовный кодекс иного термина не знает. В принципе, внутри можно выделять такой термин как «самооборона», когда человек защищает самого себя, свою жизнь и здоровье. Какого-то строгого вето на применение этого слова в юридической практике нет», — отметил Джохар Утебеков.

Подтвердил его слова и Жангельды Сулейманов. Он также подчеркнул, что понятия «самооборона» в законе нет. Есть понятие «необходимая оборона», куда включается защита жизни, здоровья, жилища, земельных участков и иной собственности при преступном посягательстве. Закон позволяет обороняющимся при угрозе защищать права доступными способами. В Гражданском кодексе есть понятие «самозащита», а «самооборона» – это бытовое понятие, пояснил адвокат.

Далее юристы разъяснили, какие действия нападающих могут рассматриваться как угроза жизни и здоровью. Им предложили пояснить, могут это быть только активные действия со стороны оппонента, либо и пассивные – например, демонстрация потенциально опасного предмета – или угрозы, высказанные вслух?
По словам Утебекова, угрозой жизни является переход к конкретным действиям, например, когда уже начали бить.
«По закону достаточно приготовительных действий, для того чтобы совершить посягательство. Если человек достал пистолет, а тем более словесно подтверждает эту угрозу, то вопрос уже закрыт – можно хоть убивать. Но все зависит от конкретных ситуаций», — пояснил он.
Свою точку зрения высказал и другой правозащитник.
«Угроза, с точки зрения закона, – это ситуация, которая может причинить вред лицу. При этом пассивные действия могут быть. Например, остановили и пистолет вытащили – угроза же существует. Что касается только словесной угрозы – это другая статья совсем. Я думаю, в данном случае это не подходит. В таком случае необходимой обороны не может быть однозначно. Если было бы разрешено, появилось бы очень много спорных случаев: человека остановили, а он нападающих убил и оправдывается: «мне угрожали». Но если при этом есть демонстрация оружия – можно все», — так же ответил Сулейманов.

В ответ на вопросы о том, что такое соизмерение угрозы и собственных действий, чем эти понятия измеряются и насколько субъективна эта оценка, Утебеков привел хрестоматийный пример: когда дети воруют фрукты, ягоды, а сторож в них стреляет. По его словам, это убийство: здесь никакой необходимой обороны нет, это несоразмерные вещи. Конечно, законом предписывается соизмерять угрозу с собственными действиями, но ни за какое имущество человека убивать нельзя, отметил адвокат.

Вопрос о том, как закон регулирует разные оценки угрозы он признал очень сложным. Сославшись на нормативное постановление Верховного суда о применении законодательства к необходимой обороне, Утебеков отметил, что в нем 24 пункта поясняют, что нужно делать в разных ситуациях.
Жангельды Сулейманов же пояснил, что в этом вопросе нельзя говорить об «угрозе», нужно отталкиваться от соизмерения не только самой угрозы, но и причинения вреда. Он отметил, что есть понятия «предел необходимой обороны» и «превышение необходимой обороны».
«Соразмерность должна быть. Идут три человека, на них нападает один. Три человека же сильнее, чем один. Тут очень важный момент: при возможности агрессора нужно нейтрализовать. А к уголовной ответственности приводит превышение соразмерности. Если пожилой человек нападает с кулаками – зачем ему руку ломать? Достаточно скрутить руки. Оценка ситуации при этом, конечно, субъективна. Обороняющийся должен соизмерить угрозу причинения вреда со своими действиями. Если не соизмерять, какие случаи дикие будут… Обороняйтесь, но в пределах соразмерности», — убеждает юрист.
Адвокатам предложили пояснить: может ли быть судом воспринято (в случае причинения смерти во время обороны) как важный аргумент то, что от конфликта пытались уйти.
«Нет, не важно. Вот в случае с Кузнецовым люди неправильно говорят: он мог избежать, убежать. В законе ясно сказано, что право на необходимую оборону принадлежит человеку вне зависимости от возможности избежать общественно опасного посягательства либо обратиться за помощью к другим лицам или в правоохранительные органы. Человек действует правомерно, защищая себя сам», — сказал Джохар Утебеков.
А вот Сулейманов, назвал такие попытки очень важными, как и вообще поведение обороняющегося.
«Например, напали, человек убегает, но его догоняют и сбивают на землю. И тогда он берет камень – у него нет иного способа себя защитить. Это будет в пользу человека, суд учтет, что он избегал конфликта. Но когда обоюдная драка, когда человек выходит… Тут важное слово «обороняющийся». Оборона всегда носит пассивный характер. Есть нападение, а есть оборона. Это вопрос очень важный. Если человек шел драться с умыслом нанести вред другому – о какой обороне речь?» — парировал он.
Утебеков и Сулейманов также выразили свои мнения по воду того, может ли нападение без применения оружия и каких-либо опасных предметов расцениваться как угроза жизни.
«Да, но в зависимости от ситуации. Человека, например, могут избивать двое. Но здесь слишком много факторов. Все ситуации описать невозможно. Даже если нападает один человек: голыми руками тоже убивают», — резонно отметил первый юрист.
Вторил ему и Сулейманов, отмечая, что судом оценивается не «причинитель» вреда, а сам вред.
«Однозначно. Но люди разные. Кто-то 50 килограммов весит, кто-то – 150. Кому-то 20 лет, кому-то – 95. Женщина, мужчина… В законодательстве такого нет: «без оружия, с оружием». Когда есть угроза причинения вреда или уже вред причиняется, например, человека забивают ногами, – что ему делать? Хватает палку, бьет… Это общая норма. Но тут не «причинитель» вреда оценивается, а сам вред», — сказал он.
Адвокатам также был задан вопрос, является ли нападение с предметом, не являющимся холодным оружием – палка, камень, кухонный нож – равнозначными нападению без оружия. Отвечали юристы, приводя примеры.
«Когда кто-то вытащил оружие, у вас же физически нет возможности сидеть с линейкой, измерять длину клинка. Легче же не будет человеку – зарежут его кухонным ножом или «финкой». Здесь просто надо соизмерять и понимать, была ли реальная угроза жизни. Надо оценивать ситуацию: поведение человека, предшествующее конфликту, личные отношения. Сомнительно, что брат убьет брата. Но всякое бывает. Может быть, это пустынное место, соотношение сил неравное, количество нападающих больше», — сказал Утебеков.
«Главное – может быть причинен вред или нет. Оценивается возможность причинить вред. Нужно уравнять шансы обеих сторон. Я полагаю, что необходимая оборона – это и есть уравнивание позиций. У противника кухонный нож – ничто не помешает взять хорошую палку», — заявил Сулейманов.

Сулейманов и Утебеков рассказали, одинаковую ли опасность для жизни и здоровья несут вооруженный ножом мужчина или, к примеру, старая женщина.
По мнению Сулейманова, все просто – от бабушки ведь можно убежать, избивать ее не нужно. Это и есть соразмерность. Другое дело – когда нападает вооруженный крепкий мужчина.
Адвокат Утебеков в поисках ответа на вопрос предложил заглянуть в закон о правоохранительной службе.
«Там отдельно упоминаются нападение женщин, несовершеннолетних и инвалидов. И когда обсуждается вопрос применения спецсредств и огнестрельного оружия, сотрудникам органов поясняется, что спецсредства и оружие можно применять только в случаях, когда нападающих было несколько или они были вооружены. Когда имеется реальная угроза для жизни и здоровья. Опять же – все зависит от конкретной ситуации. Хочу сделать важную заметку. Уголовный кодекс четко отмечает: если нападение было внезапным, то человек может просто не успеть трезво оценить ситуацию и превышения необходимой обороны не будет», — отметил он.
Самый проблемный вопрос был задан в конце разговора. Адвокат предложили пояснить, можно ли защищать свою жизнь от безоружного человека, например, с кухонным ножом, который по криминалистическим критериям не является холодным оружием, и равнозначна ли с юридической точки зрения защита с таким предметом защите без оружия.
«Вполне вероятно. Но, к большому сожалению, на практике эта ситуация гораздо хуже трактуется в отношении людей обороняющихся. Представим ситуацию: избивают меня двое-трое. На землю повалили, пинают. Как я могу быть уверенным, что они остановятся и не убьют меня? Пока я буду размышлять над этим… Не всё упирается в оружие. Всё зависит от каждой конкретной ситуации. Но в этом случае факт защиты гораздо сложнее доказать», — отметил Утебеков.
«Однозначно, можно. Но для уравнения шансов. Если нападающий сильнее, если нападающих больше. Закон говорит: вы можете защищаться. Можно. Законодательство не говорит, что необходимая оборона – это оборона без оружия», — отметил Сулейманов.
Также он отметил, что законодательство не может охватить все варианты, оно дает концепцию. А уже суд рассматривает ситуацию через призму обстоятельств.